Жизнь промчалась в поднебесье...

Злые ветры зашумели
В кронах вековых дубов.
И засыпали метели
Крыши старых хуторов...

Межсезонье

Не осень. Межсезонье прорастает из тоски
И требует внимания к бессолнечному небу,
И где бы в ноябре туманном робкий след твой не был,
Я слышу в ворохе листвы знакомые шаги.

Из новой классики...

Который год я строю свой ковчег,
Собрал на нём почти всех парных тварей.
Спокойно буду плавать целый век
И новой жизни напишу сценарий...

Молчать и слушать...

Молочным бархатом раскрытых лепестков
Сквозь мёрзлое стекло целуют розы стужу,
Всей нежностью откликнувшись на вечный зов
Зимы, сковавшей снегом всё, что есть снаружи.

И зыбко так в саду холодном...

Сегодня желтогрудые синицы
На окна налетали целый день.
И шутка ли – мороз так злится
И гонит к тёплому жилью людей.

Пахнет листьями в саду...

Окрашенные осенью причёски
Вечно трепещущих и плачущих осин
Внезапно вспыхивают из-за клёнов
Огнями красными и прячутся за них.

Черный рояль дождя...

Все дожди до сегодня играли на чёрном рояле.
Хорошо или плохо, не скажет ни осень, ни люди.
А сегодня и тучи над городом гордо сгущались,
Но рояль тишиной клёнам головы рыжие дурит.

Чего ты не знал обо мне...

В лесу все слова на ветер.
По снегу скрипи и молчи.
От пары десятков отметин
и тысячи разных причин...

Зимние звезды

Когда в последний раз на звёзды,
Как накануне Рождества,
Смотрел особенно и просто
С качелей спящего двора?

Я помню ветреный час печальный...

Да разве было когда иначе?
Всё сыплет снег, и ветра гуляют.
Я за беспамятство прячусь, прячусь
и время меряю февралями.

У твоей избушки ледяной...

У твоей избушки ледяной
мягкий свет окошка слюдяного,
да искрится под большой луной
неподвижный белый лес еловый.

Мой день живет с оконцем на восток...

Я запомню январь и кривые его дороги
Покосившийся дом, где никто не живет сто лет, –
Стылый храм любви, от которой пароль и логин
Был утрачен навек, обеззвучен, затерт и спет.

Выпал снег, потом растаял...

Снег падает и тает на лице.
Глаза закрою — ты — вот так вот — сразу.
И смотришь так, как смотрят сквозь прицел.
И говоришь — уносит ветром фразы.

Дело к снегу. На зиму заляжешь...

Тишина погостная такая –
меж лопаток на последний шаг.
Осень просто мягко намекает:
а и смерть бывает хороша.

Нет грани меж времен...

Мохнатый ангел мой, седая борода.
Нет крыльев, но зато четыре лапы.
Уходит осень по твоим следам
в сухой траве заснеженной, патлатой.