Двенадцать

Двенадцать лет меня не любит муж,
Не в том беда, что он ушёл однажды.
А в том, что ни за рубль, ни за куруш,
И ни за пфенниг не унять мне жажды.
Двенадцать лет. Исчерпан циферблат.
Подъели стрелки тающее время.
И вот теперь ни шиллинг, ни дукат,
Ни форинт ничего не переменят.
Мы вышли с одиночеством вдвоём
В дорогу налегке, не взяв поклажи.
Мы шли и шли и времени в проём
Пытались. Но билетов нет в продаже.
Валюта здесь другая не в ходу:
И с золотом в карманах будешь голой.
За место в остывающем аду,
К костру поближе, требуют обола.

Апрельское

– Ты вбирай этот свет, да не дуй на него – не остынет,
Принимай в своё русло и нянчи в своих берегах
И расти исполином, и он изольётся в пустыне,
Поелику недолго же ей оставаться впотьмах.
Назови его сыном, а встанет на ножки босые –
Вьются волосы стружкой, к рубанку приучит отец.
Да не плачь, всё по-книжному будет, не бойся за сына:
Куст не сбросит шипы, и да не расплетётся венец...

Ночная птица

Сегодня птица встала поздно:
Почти в четыре против полночи.
И затянула своим посвистом,
О чём, неведомо, хлопочет.
Кому свои доносит рапорты?
Какому птичьему начальству?
А я не сплю и меня радует,
Что эта песня не кончается.
В ветвях не виден гость невидимый,
Неплохо было б познакомиться.
Опять сполна мне пайка выдана,
Отвешена моей бессонницы.
Её по-братски с этой птицею
Мы делим в ночи душном карцере.
А нам на волю и напиться бы,
И пусть заботы лесом катятся!
Умолкла птица-полуночница,
А я – ворочаюсь.

Подругам

Я смотрю на девчонок моих - и не вижу морщин,
Плеч ссутуленных, или там кистей артрозных.
А я вижу сиянье, пленившее стольких мужчин,
Помутневшим хрусталиком вижу: их радужки - в звёздах!
Мои милые девочки, стариться нам не дано,
В поликлиники ходит уставшее бренное тело.
А душа распахнёт на рассвете родное окно -
Ей семнадцать по-прежнему! В этом, родные, всё дело.
Впустит в комнату луч бесшабашный и пение птиц
И закружится в вальсе с какой-нибудь книжкой в обнимку.
И я вижу ваш свет полюбившихся в юности лиц
И ни капли не верю вчерашнему свежему снимку.
Дорогие мои, пуд соли - с телеги забот,
Вдовье платье ли, или же штамп о разводе...
Пусть ничто вашей дерзости не отберёт
И уменья не спать до зари и вставать на восходе.
Даже если сегодня пылятся в шкафу каблуки,
А у юбок подол, как поплывшие щёки, всё ниже,
А в причёски какой-то проказник подсыпал муки -
Я вас помню тростинками, я вас прекрасными вижу.

Илл.: Ольга Дарчук