Тишина

Говорят, что уши и нос растут всю жизнь. Егор Никитич так не считал. Всю жизнь вместе с ним растет только тишина. К семидесяти шести годам, она начинает издевательски проявляться в глухом тиканье часов, в шуршании старой пожелтевшей рубашки, в невыносимо громких вздохах...

Незабудки

Косте – двенадцать. И, вообще-то, он уже взрослый парень. Он сам ходит в магазин за продуктами, умеет запускать стиральную машину, открывать пакет с молоком так, чтобы не залить все вокруг, свистеть, как папа, засунув пальцы в рот, и даже ездить на велосипеде без рук...

Неугомонные

Почему наших родителей так мотало по стране? Архангельск - Кузино - Горький - Нижний Тагил - Астрахань - Тольятти - Сочи - Волгоград... Жили в бараках, съёмных комнатах, иногда нам давали квадратные метры в заводских общежитиях, тех же бараках...

Все обязательно получится

От школьного звонка, неожиданно наполнившего весь коридор, Витька вздрогнул. Со всех сторон мчались ученики, размахивая школьными рюкзаками, смеясь и громко переговариваясь между собой. Витька боялся этой шумящей толпы, поэтому посильнее прижался к двери...

Отец писателя

Одновременно со звонком на урок в кабинет вошла учительница русского языка и литературы. Ученики 7 классов, «А» и «Б», в знак приветствия встали, гремя стульями. — Дети, сейчас к нам на классный час придет гость! — объявила она...

Крестик

Поездка в аквапарк для Димы Козина – все равно, что награда: восьмой класс позади, начались каникулы, ура! Он обожал воду, любил купаться в реке, отец научил его плавать почти профессионально, а мать любила вспоминать, как при крещении он, единственный из младенцев, не плакал...

Светлые дни

На белой странице московского снегопада множество домов казались мне буквами, улицы — давно написанными строчками, Останкинская телебашня и сталинские высотки — восклицательными знаками...

Последнее слово Гесса

На кухне за чаем сидели двое: Пётр Алексеевич Заботкин – руководитель городского литературного объединения «Старт» и его гость Кирилл Астафуров – начинающий прозаик и студент академии...

Рассказ отца

Родился я в феврале 1941-го, за четыре месяца до войны. Отец (мы звали его – татька) был красавец, плясун, волосы – смоль ядреная, боевой, спуску никому не давал. Мамка – скромная, незаметная (училась писать в школе для взрослых), а отец и вовсе нигде не учился...

Скворцы

В старые добрые времена остроумцы нарекли пятницу тяпницей. После трудовой недели рабочий класс мог расслабиться. Он, тогдашний киповец инструментального завода, до поделомника-понедельника не опускался, но нынешний ревностно блюл непорочную традицию...

Сатисфакция

Если человек берет в руки рюкзак, отправляет туда плащ, фонарик, спички, горелку, банку тушенки, облегчённые котелок и миску, а потом водружает сей скарб себе на плечи, значит, его ждут горы...

Колючий ужас

С недавнего времени я стал счастливым обладателем загородного дома. Нет, случай-то, конечно, трагический явился причиной получения мной данного имущества – смерть моей бабушки. Царство ей небесное!..

Камень преткновения

Санитарная машина виляла по покрытому язвами разрывов полю. Водитель Саша, пытаясь увести нас из под обстрела, старался сохранить трудом и матом отремонтированную подвеску автомобиля...

Наш общий путь

Я проснулся от пиликающего смартфона жены. Под эту музыку в моем детстве школьник Коля Герасимов летел над Москвой будущего, чтобы потом победить космических пиратов, скромных и застенчивых по меркам нашего времени...

Вечер в степи

Прошло чуть больше месяца с того дня, когда госпиталь принял первых вывезенных из Славянска раненых. С каждым днем их прибывало. Командиры и медики, которых единицы были в отрядах ополчения, везли их к нам отовсюду...