– Ну, у тебя там как? Все нормально? – спрашиваю я, слегка по-детски размахивая руками. Вперед-назад. Влево-вправо.
– Среда – говорит – заела. Не могу я так. Меня от города этого выворачивает, да и люди здесь такие, что...
– В самом деле? Чего приехал тогда? – уточняю из вежливости и только.
Не отвечает. Ну и пожалуйста!

***

Иногда случается так, что внутрь рифленой раковины моллюска попадает инородное тело – маленькая песчинка, до боли колышущая все его естество; извлечь ее без потерь уже не удастся – глубоко засела она, ничем больше не вытравишь. Тогда моллюск обволакивает песчинку, создавая подлинный шедевр – жемчужное зернышко, и гордо несет его в себе до последнего своего дня.

Наша юность, наши воспоминания – это ведь тоже жемчуг. Перламутровый, белесый, переливающийся, неоднородный, шероховатый – все жемчуг. Но то, что было до него – пугающее, пульсирующее, маленькое, и все же причиняющее страдания – не менее важно. С момента «попадания» чужеродной вкрапины всегда творится история, точно вам говорю.

***

Не помню, сколько лет было Каспару, когда мы познакомились. Скажу лишь только, что это был человек удивительного, неординарного склада; в меру расчётлив, до жути холоден, тверд, характер – что сталь. Не брезговал Каспар и нигилизмом – и часто наши дружеские посиделки на кухне завершались дебатами с моей последующей капитуляцией – ну ничего не могу я сказать тому, кто согласен отринуть все, совершенно ничего не могу! Конечно, хотелось соответствовать своей компании – и в моем сознании поселилась мысль о том, что я – абсурдно! – духовно не дотягиваю до «ледяного» мальчика Кая, однажды решительно ставшего нигилистом. Поэтому надо было действовать серьезно – купила себе шляпу, длинное черное пальто и ходила нахмуренная – почти как мой взрослый друг и наставник. А еще нигилист!

Эх, слепая юность, что с нее взять! Почему-то именно в этот жизненный период всегда тянет к неизведанному, противоположному – причем далеко даже не положительному, но обязательно такому, что точно отложится в памяти. Но в этом и суть: наши антагонисты – ситуативные и персональные, умело формируют нас – или, если хотите, нашу жемчужину.

***

Так и играли мы роль Кирсанова и Базарова, где первый заглядывает второму в рот, а тот, в свою очередь, легонько отмахивается от простодушного добряка, искренне привязавшегося к приятелю. И, что вполне ожидаемо, играть мне впоследствии надоело: сложно строить из себя того, кем не являешься, сея внутри разума дурные мысли, которые взойдут потом отравленными плодами из абсолютно здоровой почвы.

Я выросла. Удалила номер Каспара из записной книжки, а он, кажется, навсегда уехал из нашего солнечного города, но воззрений не изменил.

Песчинка в раковине к тому моменту уже приобрела довольно заметную неординарность своих форм. И эту песчинку я гордо носила в своей душе – дескать, смотрите! У духовного наставника-нигилиста ученица получилась – полная его противоположность! Всякий раз вспоминая об этом, я начинала уважать себя еще больше.

***

В одном из октябрей мы случайно встретились на главной площади, хотя, казалось бы, этого уже не могло произойти. Но жизнь – что фокусница, всегда найдёт, чем удивить: некогда младший друг, ранее с трепетом и восхищением посматривавший на старшего, теперь не выказывает даже никакого интереса.

Моя собственная реакция позабавила меня – удивление, граничащее с непониманием, и – где-то на задворках сознания – грустью и отчуждением. Ведь он все тот же: заплатанное пальто, глупая смешная шляпа, заскорузлый скепсис… Да вдобавок удрученность и раздражение, которыми набит его чемодан доверху; этакий разочарованный странник! И я все равно в глубине души добра к нему, к этому маленькому мальчику, замерзшему Каю. Наверное, это своеобразная дань памяти нашим минувшим дням. Или торжество личной духовной победы?

Задаю дежурные вопросы, как в лучших традициях британских малых разговоров. Бурчит что-то про среду, тошноту, жару, плохих людей... А я не слушаю – улыбаюсь! Такие мы разные, что даже радостно стало.  

Как ушел – не заметила. Одно поняла: эта жемчужина в раковине обязательно выйдет удачной. Мне это чувствуется.