Может ли газета, редакция которой, к примеру, именует свое детище независимым народным, претендовать на статус «качественная пресса»? Вопрос не праздный: в практике современной отечественной журналистики подобные притязания не редкость. При этом довольно часто не соблюдается главное условие (требование), которому должно отвечать качественное СМИ. А именно: по определению оно обязано быть достоверным по содержанию. То есть в материале на любую тему автор, давая оценки, делая выводы, формулируя рекомендации, должен предельно максимально учитывать всю полноту содержания описываемой жизненной ситуации, а равно и предмета, о котором берется судить.

Автору недопустимо ограничиваться лишь отдельными фактами. По обыкновению, остальные предаются забвению, если они мешают выполнить заранее определенное условие. Под ним можно понимать как личный замысел автора, так и чей-то заказ на публикацию. К сожалению, именно в заказных материалах чаще всего ограничиваются или только положительным, или, напротив, берут во внимание лишь недостатки. Между тем, однобокость приведет к тому, что пользователи журналистской информации представят себе описываемое событие в искаженном виде.

В нашем случае, если редакция прибегает к подобному, то ее газету назвать в целом достоверной, правдивой нет оснований. Следовательно, формулировка «независимая народная газета» надуманная. Действительно, можно ли народу адресовать сомнительную информацию?

Прежде чем далее порассуждать на обозначенную тему, уточним, что есть качественная пресса? Так, Б.Н. Лозовский – доктор филологических наук, профессор, декан факультета журналистики Уральского государственного университета – к ней относит «издания, рассчитанные на высокообразованного читателя…» [1, с. 104].

По нашему мнению, редакция, уверовав, что издает «независимую народную газету», не сомневается и в ее содержании, якобы отвечающем запросам высокообразованного читателя. Здесь мы сталкиваемся с завуалированным лукавством: провозглашаем одно, на деле протаскиваем другое. И за этой «нестыковкой» укрываются различные ухищрения.

Так, довольно часто, если не всегда, можно усомниться в достоверности материала, если под ним отсутствует фамилия (подпись) подлинного автора. Если обратиться к Закону РФ «О средствах массовой информации», к статье Ч1, то она гласит:

«Редакция обязана сохранять в тайне источник информации и не вправе называть лицо, предоставившее сведения с условием неразглашения его имени, за исключением случая, когда соответствующее требование поступило от суда в связи с находящимся в его производстве делом» [2, с.24].

К глубокому сожалению, к этому положению закона СМИ приспосабливаются так и эдак. Как выше было отмечено, при обращении к предмету (ситуации) берут во внимание лишь  отдельные его части. Умышленно выдергивают из текста слова, вольно обращаются с ними, исходя из того, что заранее надумано сказать. Правила лингвистики толкуют по своему усмотрению, нарушая их. Перечисление вариантов ухищрений можно продолжить. При всем этом оправданием анонимному автору почти всегда служит ссылка на то, что высказывает собственное мнение. Оно же, по определению профессора Б.Н. Лозовского, «недостоверное субъективное знание, точка зрения по тому или иному вопросу отдельного человека…» [3, с. 139].

С какой целью ловкачи от журналистики прибегают к разного рода ухищрениям? Понятно же, для того, чтобы у тех людей, в адрес которых высказываются субъективные мнения, не было оснований обращаться с исками в суды. Любой из них легко аргументирует свой отказ защитить тебя, сославшись на Конституцию Российской Федерации, ее статью 29, пункт 1: «Каждому гарантируется свобода мысли и слова» [4, с. 6]. Круг, как говорится, замкнулся.

В этой связи дерзну изложить собственное мнение: нахожу статью Ч1 Закона РФ «О средствах массовой информации» несовершенной. Несправедливо, нелогично брать под абсолютную защиту тех скрытых авторов, которые умышленно, с махровой предвзятостью, искажают достоверность чего-либо, уводя людей от истины.

Как показывает практика, простором для разглагольствования анонимщикам служат крупные печатные издания – монографии, книги, учебники. Или суждения их авторов, которые по закону также вправе свободно излагать свои точки зрения, бесцеремонно попираются. Бывает даже из рук вон выходящее – курьезное, беспардонное, парадоксальное, провокационное, – когда редакции печатных СМИ мстят тем лицам, которые в своих книгах позволили себе сослаться на их ущербную практику, то есть называют вещи своими именами.

Так, вопиющий случай связан с одним из краевых СМИ, редакция которого также именует свое детище, как обозначено в начале  статьи,  «независимой  народной  газетой».  Она  разразилась

«рецензией-фельетоном»     (никак     на     свет     божий     явился   …«новенький» жанр?) в адрес одного из учебных пособий по журналистике. В нем размышляется, в частности, и о том, в результате чего пресса теряет читателей (подписчиков), утрачивая популярность. Приводятся заголовки некоторых публикаций, будто взятых из советского прошлого. Анализируется содержание отдельных  ущербных  материалов.  Указывается  на  то,  что  одна из редакций, озабоченная только зарабатыванием денег, безудержно хвалит местную власть, игнорируя явные недочеты в ее действиях…

В этих строках «независимая народная» (в учебнике газета не называется), скорее всего, узнала себя – и пустилась, вопреки нормам этики, в тяжкое, пренебрегая фактами из … своего же прошлого (?). Они таковы: 20 и более лет назад именно в этой газете публиковались очерки автора учебного пособия. В нем на них есть ссылки. И вот, спустя время, эти очерки подверглись уничижению. Редакция умышленно запамятовала о том, что не только опубликовала их, но и высоко оценила книгу, в которую позднее очерки вошли (!). Видимо, расчет был на то, что непорядочность, к которой прибегли инициаторы мести, не раскроется. Не вышло: одна из авторитетных региональных газет об этом написала. Вышел конфуз? Еще какой: любители сводить счеты уподобились и героине одной из басен Крылова, в зеркале увидевшей свой образ, и унтер-офицерской вдове, которая сама себя высекла (!?).

Аноним выстроил свой пасквиль дерзко, с махровой предвзятостью. Преднамеренно изгалялся только над очерками автора учебника. Между тем в его содержании множество ссылок на материалы других журналистов. По отношению к ним – молчек.

Большая часть книги связана с именами выдающихся отечественных публицистов – Михаила Ломоносова, Максима Горького, Анатолия Аграновского, Мариэтты Шагинян, Бориса Агапова, Бориса Горбатова, Константина Симонова, Василия Пескова, Георгия Радова, Владимира Черткова и других. То есть основной целью было – в ней, собственно, кроется главная ценность учебного пособия – сориентировать творческую молодежь (книга в первую очередь для нее и создавалась) на их богатейшее наследие. Ведь современная журналистика только выигрывает, если будет опираться на опыт подлинных мастеров слова.

В целом, в учебном пособии немало познавательного, расширяющего представления молодых людей о созидательной роли журналистики. На конкретных примерах показано, как она, наряду с литературой, властью слова способна изменять мир к лучшему.

Не только названное, но и многое другое, ценное, конечно же, пасквилянтом проигнорировано. Почему? Ответ очевиден: сочинялось именно то, что заказывала редакция. В сговоре анонимщика, видимо, заверили в том, «что в случае разбирательств его надежно прикроют». И он без оглядки пустился во все тяжкое.

Для подтверждения – пара его «изобретений». Так, он  куражится над тем, как в одном из очерков автора учебного пособия использовано слово «пятачок», на котором разместилась спортивная база. Смысловой выпендреж анонима таков: или излюбленный пятачок был размером со спортивную базу, или база размером с пятачок. Одно из значений слова «пятачок» – «Маленькая круглая площадка, а также вообще  тесное, ограниченное  пространство» [5,  с. 625]. Собственно, на ограниченном пространстве, пятачке, и разместилась спортивная база. Норма лингвистики не попрана.

Касаясь термина «альтернатива», разглагольствует так: это всего лишь выбор из двух предложенных вариантов, поэтому второго вариант просто не может быть. В словаре «альтернатива» – «необходимость выбора одного из двух (или нескольких) возможных решений» [6, с. 20]. В книге именно такое объяснение. Ее автор, в отличие от сочинителя опуса, строго придерживался языковых норм, правил. Пасквиль же «соткан» из одних измышлений.

Стремясь, сразить наповал создателя учебного пособия, аноним приходит к такому заключению: дескать, его особенно поражает в текстах книги дилетантская уверенность автора в своей правоте. Этот вывод – изысканная чушь! В книге многократны оговорки, упреждения о том, что автор ни в коей мере не претендует на бесспорность своих суждений. Но все это проигнорировано анонимщиком, которого иначе не назовешь, как человеком без совести.

Весь набор беспардонной болтовни анонимщика, его пространные переливания из пустого в порожнее (пасквиль, набранный мелким шрифтом, занял в номере газеты полосу) выеденного яйца не стоят. Подтверждения этому убедительнейшие. Во-первых, пособие оценивалось специалистами высшего уровня, рецензия одного из них опубликована в научном журнале. Но при этом, во-вторых, данная работа никем не рассматривалась в качестве учебного пособия, обязательного к изучению. Этого не могло быть по определению, ибо его содержание, формулировки отражают лишь специфику творчества отдельных журналистов, указывая на то, к чему можно присмотреться. А что-то брать или нет на вооружение – личное дело каждого. Осознанно ничто никому не навязывается еще и потому, что в журналистике каждый человек, будучи автором, проявляет себя исключительно индивидуально. То есть невозможно повторить то, что присуще коллеге: любой из фактов каждый выразит по-своему.

Взвешивая любой из абзацев «рецензии-фельетона», приходишь к выводу: пар пасквилянтом выпущен без пользы кому бы то ни было. Исключение разве что составляет сам автор и заказчики, потешившие свое тщеславие. Иначе и быть не может, ибо любой здравомыслящий человек (высокообразованный читатель) без труда сообразит, что ему подсунули ахинею.

В чем же тогда выражается народность газеты и ее независимость, если она предлагает своей аудитории чтиво вместо качественных материалов? Не связано ли с такой практикой подавление инакомыслия, исходящего, опять же, от народа? Если так, то судьба такой газеты незавидна: люди от нее будут все больше отворачиваться. Впрочем, уже сегодня «независимая народная», выставляющая себя чуть ли не самым престижным периодическим изданием региона, по тиражу скатилась до районки. А какое доверие может быть к частной газете, владельцы которой озабочены лишь одним – на чем заработать?

Список использованных источников:

1. Лозовский Б.Н. Журналистика и средства массовой информации: краткий словарь. – Екатеринбург, 2007. – с.104.

2. Законодательство Российской Федерации о средствах массовой информации // Серия «Журналистика и право» // Выпуск 2.

– М., 1996. – с.24.

3. Лозовский Б.Н. Журналистика и средства массовой информации: краткий словарь. – Екатеринбург, 2007. – с.139.

4. Конституция Российской Федерации// Извлечения// Законодательство Российской Федерации о средствах массовой информации// Серия «Журналистика и право»// Выпуск 2. – М., 1996.

– с.6.

5. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. – М., 1995. – с. 625.

6. Там же, с.20.