Анатолий Арестов

Полуденное осеннее солнце припекало, Володька приподнял кепку за козырёк и подошёл к стене строящегося дома.

– Отдохни, Володька, столько песка переносил! Я ещё пару мешков с цементом закину и начнём потихоньку. – Отец почесал затылок и посмотрел на сына – умный пацанёнок растёт, работящий! Если что не понимает, то непременно спросит. Радость за сына приятно разлилась внутри. Отец вздохнул и направился по деревянному настилу в дом. – Проходи сюда, внутри прохладнее!

Володька молча поднялся по настилу. Стены хранили прохладу, застывший раствор между кирпичами напоминал длинную змею, которая безуспешно искала выход из лабиринта, но так и не найдя его, навечно застыла среди красных прямоугольников. Послышались тяжёлые шаги, отец скинул с плеча тяжёлый бумажный мешок с цементом и отряхнул строительный костюм от пыли.

– Будем заливать оставшуюся часть?

Володька махнул головой и потянулся за ведром, чтобы принести воды.

Оранжевая бетономешалка издавала разные звуки: внутри неё приятно чавкал жидкий бетон, снаружи – шоркал поношенный механизм звёздочки, снизу – правое колесо отбивало глухие звуки о бетонный пол. Мальчик подкинул цемента в «жерло» бетономешалки, совсем немного – четверть совковой лопаты. Цементная пыль покрыла стенки и, через несколько оборотов механизма, смешалась с раствором, придав последнему необходимую степень густоты…

– Руки моем и домой. Хватит на сегодня. Сделали всё, что запланировали. Даже с избытком. Ещё бы доделать это… Но, нет, впрочем, хватит. Вообще выходной день. – отец посмотрел на уставшего сына и передал пластиковый пузырёк с запашистым жидким мылом. – Теперь ты в курсе, как заливается бетон. Позже стены штукатурить начнём. Посмотришь, научишься, руку набьёшь…

– Чего смотреть, пап? Пробовать нужно! – в своём духе ответил Володька, улыбнулся и нажал на дозатор пузырька с мылом.

– Точно так! Что ж, дрова колоть ты умеешь, крутить гайки тоже… Так, глядишь, профессионалом станешь и в строительной области. – Снова чувство радости за сына разлилось внутри: – Эх, юный строитель! – добавил отец и плеснул водой на Володьку.

Закат ещё не наступил. Бетон подсыхал под плёнкой, с тщательно вымытой бетономешалки падали прозрачные капли воды, блестевшие в лучах пятичасового солнца. Отец с сыном шли по дороге на остановку. Суббота прошла не зря…

Ещё не было и девяти часов утра, когда Володька оделся, сложил в четыре раза пакет и засунул в карман осенней куртки. Перепрыгивая через ступеньки, мальчик иногда цеплялся за перилла, поддерживая тело в равновесии. Подъездная дверь, распахнутая до предела резким толчком руки, пропищала и заскрежетала возвращающейся на место ржавой пружиной. Во дворе стояло несколько наспех припаркованных автомобилей и смешной японский грузовичок, на котором один раз в несколько недель привозили товар для магазина бытовой химии. Он посмотрел на маленькую синюю кабину и круглые большие фары, улыбнулся и подмигнул автомобилю, словно старому-доброму знакомому, поздоровался с соседкой тётей Леной, сидевшей на скамейке и придерживающей большой пакет с продуктами, и побежал по тротуару.

Воскресенье – день не совсем обычный, вернее обычный, но не совсем! Для кого-то просто наступивший выходной, так сказать возможность ничего не делать и позволить себе отдохнуть, поваляться, как говорят взрослые, в кровати, но нет, Володька не позволял себе таких пустяков, тем более сказывающихся на потере драгоценного времени, отпущенного семидневкой! Он каждое воскресенье к девяти часам шёл в любимую библиотеку, что находилась недалеко от дома. Сравнительно недалеко, по меркам взрослых данное расстояние измерялось двумя троллейбусными остановками, а это, на минуточку, весьма и весьма далеко! Как сказала мама, от такой ходьбы можно подошву стереть на новеньких туфлях.

Возле хлебокомбината Володька шёл не спеша, он вдыхал ароматный пряничный воздух, от которого, не будь он сытым непременно захотелось бы поесть! Но есть не хотелось, так как дома он позавтракал чаем с бабушкиными калачиками, не менее вкусными, чем заводские пряники! Обогнув огромную лужу, с плывущей по ней полулитровой бутылкой из-под газировки, мальчик вышел на аллею. Справа на огромном тополе висел пустующий серый скворечник, скворцы, эти красивые певчие птицы несколько лет подряд отчего-то не прилетали в город, может быть, кормовая база не устраивала, может быть, что-то случилось в птичьем сообществе – подумал Володька, его всегда интересовал животный и растительный мир полный загадок; обернувшись налево, мальчик заметил стебли шиповника, одревесневшие, с крупными шипами. Куст прижался к земле. Весной он постоянно радовал глаз крупными розовыми цветами. От куста отделялся еще зелёный молодой побег, который тянулся в сторону тротуара, словно растение хотело добраться до прохожих и заявить о себе, поцарапав кого-нибудь мелкими, но острыми шипами! Мальчик остановился, он не мог позволить произойти данному недоразумению, ведь люди не будут церемониться, они просто поломают молоденький побег и пойдут по своим человеческим делам дальше. Рядом лежала сломанная сильным ветром сухая тополиная ветка, она выполнила своё предназначение – без труда острым концом вошла в почву, тупым, с расщепившейся в виде галочки древесиной, послужила надёжной опорой для отросшего побега. Мальчик смотрел на плоды своего труда и радовался. Казалось бы, простое и для многих не имеющее значения мероприятие по спасению куста, воодушевило Володьку: «Живи, родной…»

Дверь закрылась с лёгким щелчком. Володька стоял на мягком коврике в библиотеке и вдыхал единственный и неповторимый аромат, аромат тысяч книг!

– Здравствуйте, Ирина Викторовна!

– Здравствуй, Владимир! Снова к нам в гости? – Ирина Викторовна сняла очки и отложила их на стопку свежих газет, видимо, недавно полученных библиотекой. – Добро пожаловать! Проходи. Ты сегодня, как и всегда, первый посетитель. Выбирай, что тебе нужно, если что обращайся, помогу.

Ирина Викторовна улыбнулась, вернула очки на положенное место – ближе к глазам и продолжила заниматься делами библиотечного работника. Она делала записи на каких-то маленьких карточках из серой бумаги.

– Ирина Викторовна, что это за карточки? – Володька подошёл к массивной деревянной тумбе, за которой сидела библиотекарь и внимательно посмотрел на листочки из плотной серой бумаги.

– Эта бумажка называется каталожной карточкой. По ней можно найти любую интересующую книгу, если она имеется в фонде нашей библиотеки. Видишь шкафчик со множеством ящиков? Это и есть каталог.

Володька, как умный и в меру образованный человек кивнул головой в знак понимания и направился к небольшому лакированному шкафчику…

Разместив в пакете шесть довольно объёмных книг, быстро найденных на библиотечных просторах с помощью каталога, Володька ещё раз убедился в том, чтобы острые книжные уголки не наделали в стареньком пакете дырок, он попрощался с Ириной Викторовной, разговаривающей по телефону, и, в предвкушении предстоящего захватывающего чтения, вышел из библиотеки. Полуденное осеннее солнце припекало. «Какое нужное и важное изобретение – книжный каталог и его наполнитель – книжная карточка! Непременно буду пользоваться!» – подумал Володька, зажмурился от солнечных лучей и, не застёгивая куртку, направился домой.

Илл.: Владимир Бжезовский