Закулисье современной археологии

История. В наше время она является актуальной темой для полемики и способом достижения определенных целей в политической борьбе. В данном интервью я побеседую с Константином Александровичем Крутоголовенко – археологом, на счету которого множество проведенных в числе руководства или в ряду специалистов, раскопок и разведок. Беседуя с ним, мы узнаем о его пути становления профессионалом своего дела.

Аверина Арина: Во-первых, я хотела бы вас поблагодарить за время, которое вы выделили для этого интервью.  Мы начнем с самых истоков. Насколько мне известно, вы учились в Кубанском государственном университете. Есть ли какое-то конкретное наименование факультета, на котором вы учились? “Исторический” – слишком широкое понятие.

Крутоголовенко Константин: ФИСМО – факультет истории, социологии и международных отношений. Он включает также специальность «Регионоведение».

А.А.: Пойти учиться именно на это направление было осознанным решением, давно обдуманным? Как в целом было с историей до университета?

К.К.: С историей все было хорошо,  интересно. Очень нравилось. В школе участвовал в районных олимпиадах по истории, и это предопределило выбор.

А.А.: А с другими предметами как? Нравилась только история, и было ясно, что пойдете именно по этому предмету, как профильному?

К.К.: Некоторые другие предметы тоже нравились, но я осознавал, что с историей у меня получится больше. А что касается остальных предметов того же гуманитарного свойства, например, литературы, я понимал: ими увлекаться можно, но всерьез изучать будет менее интересно. История – да, совершенно осознанный выбор, наиболее верный для меня.

А.А.: Во время учебы в университете, даже при поступлении, уже были варианты, кем будете работать после учебы? Может, в школе приняли решение неотступно быть археологом?

К.К.: Нет, конечно, это пришло позже. В школе не было совершенно таких мыслей.

А.А.: Вновь упоминая историю, не могу не спросить. Интерес к ней не потерялся спустя столько лет? Даже затрагивая раскопки, новые выезды, есть ли прямо-таки горение к познанию  чего-то нового?

К.К.: Несомненно, археология является именно той наукой, которая стремительно развивается ввиду новых исследований. И каждый специалист-археолог ежегодно, если происходит большое количество раскопок, узнает для себя и что-то новое, и интересное, и зачастую даже труднообъяснимое. То есть полевая археология ставит каждый раз, даже перед опытными исследователями, в числе которых меня нет, людьми, которые копают по 30-40 лет, сложные задачи. Они постоянно сталкиваются с загадками, которые заставляют их задуматься и применить новые методы исследования (углубленного и зачастую нестандартного) в каком-нибудь индивидуальном случае, чтобы понять и разобраться. Это связано с тем, что основная цель археолога – поиск истины.

А.А.: После университета, как вы нашли работу в своей сфере?

К.К.: Как любой студент тогда я работал, брал различные малоквалифицированные подработки. Так случилось, что меня позвали в экспедицию. Это был родственник – брат. Он предложил, и мы с моим другом поехали туда просто рабочими. У меня было высшее историческое образование, но в моей работе оно не дает особых привилегий, так как в полевой археологии крайне необходим опыт, умение и понимание того, что предстоит делать. Можно быть оформленным на высокую ставку, специалистом без образования и руководить при полевых работах рабочими с историческим образованием, потому что это именно та работа, где нужна четкость, умение и понимание, как я уже сказал. Те самые загадки и новые задачи, которые возникают в процессе, требуют от руководителя, либо его заместителя, специалиста, познания общей методики, умения качественно фиксировать и интерпретировать новые ситуации.

А.А.: Как происходит процесс в промежутке от предложения провести раскопки и до начала работ?

К.К.: Для того чтобы начать работы, любому учреждению необходимо получить Открытый лист – разрешение, которое выдает Министерство культуры Российской Федерации. Этот документ заверяется подписью министра культуры, либо его заместителя. Открытый лист дается лично исследователю, который имеет соответствующую квалификацию. По результатам археолог и организация,  где он состоит, готовят научный отчет и отправляют его на проверку в Институт археологии Российской академии наук1.  В случае некачественного исполнения работ, плохо выполненного отчета, такой исследователь не сможет в дальнейшем проводить самостоятельные исследования.

А.А.: Когда вам предлагают провести раскопки, вы всегда соглашаетесь? Например, с вами связалось несколько человек, которые сообщили, что в определенном месте нужно провести работы. Это раскопки в абсолютно разных точках, разного характера, и, соответственно, они имеют свои временные рамки. Вы выбираете или стараетесь провести все предложенные работы?

К.К.: У каждого специалиста есть своя направленность в периодах истории. Различают такие периоды, как каменный, бронзовый, железный века и средневековье, также есть новое время и новейшее. Последний период археологами не изучается. Сейчас археологией считается все, что старше 100 лет от нынешнего момента. Это довольно условно, так как определить время до точной даты редко случается. За всё подряд мы не хватаемся. Выбор вытекает чаще всего из научного интереса, который подкрепляется возможностью выполнить работу качественно. Для этого необходимо хорошее финансирование, чтобы оплатить все работы, затраты и также провести камеральную обработку материала, которая очень кропотливая. Т.е. это отрисовка полученных материалов и их фотофиксация, составление описей с подробным описанием каждого предмета, места его находки, графическая обработка, перебелка, так называемая, полевых чертежей, а также консервация и по возможности реставрация, полученных в ходе работ материалов для последующей сдачи в музей.

А.А.: Говоря об исторических периодах, вы проводите работы, изучая лишь какой-то определенный?

К.К.: Чаще всего заранее мы не можем точно знать за что беремся, есть лишь предварительная дата. Есть такая категория работ, ныне востребованная, – разведки. Т.е. в работу археологам предоставляют определенный участок (где должны быть проведены работы) хозосвоения, на котором может пролегать какой-либо объект строительства: кабель, трубопровод, площадка под постройку завода и т.д. Там могут располагаться артефакты, маркирующие памятники археологии разных периодов. И нужно определить факт того, что данный объект строительства не разрушит ни один археологический памятник и не потревожит никакие древние артефакты настолько насколько это можно определить на уровне современных исследований.

А.А.: Вы можете назвать примерное количество проведенных раскопок? Или работ, где вы были в составе рабочих? И сколько лет вы уже работаете археологом?

К.К.: Я провел множество разведок, раскопок или был их участником. Работаю в своей сфере более 10 лет.

А.А.: В год примерно сколько проводится работ с Вашим участием?

К.К.: В год бывает от 5 и до 10-12 объектов, в которых я участвую. Это чаще разведки, но и 2-3 раза в год бывают раскопочные работы. Нужно понимать, что разведок может быть много в разных регионах, т.е. условно, сегодня ты в Ейске, через неделю в Сочи и т.д. А есть раскопки стационарные – археология в чистом её виде, требующая дотошного исследования. Для них необходим комплекс специальных средств, чтобы выполнить данную работу. Необходимо заметить, что для любых археологических работ очень важен этап архивного изучения тех мест, памятников (древних поселений, могильников и т.п.) и хронологических периодов, с которыми придётся столкнуться. Изучаются публикации, археологические отчеты, карты, геология и многое другое, прежде чем непосредственно начать работу. Полевые работы, зачастую, могут продлиться меньше одного месяца, а научный отчет формируется более года. Подготовка статьи или публикации может занять несколько лет.

А.А.: Есть ли определенные запоминающиеся работы?  

К.К.: Их было множество. Сложно что-то выделить. Это раскопки различных курганов, грунтовых могильников, поселений различных периодов, разведки памятников раннебронзового века в пределах Северного Кавказа.

А.А.: Перейдем к Осетии. А именно вашим нынешним там раскопкам и случаю, который произошел недавно. Начнем, пожалуй, с того, как вы попали туда.

К.К.: В Осетию меня пригласил товарищ – директор Ставропольской организации – и предложил провести там работы. Я вступил в штат его сотрудников. Мы собрали работников для проведения раскопок и начали работы. Он там оказался по предложению  владикавказской организации, которая проводила реставрационную работу на объекте федерального значения, именуемого Нузальской часовней. Во время проведения реставрации на близлежащей территории они наткнулись на несколько погребений, которые они увидели при вскрышных работах. Соответственно, с этого момента встала острая необходимость исследования, т.к. работы по благоустройству повредили бы оставшиеся погребения. Важно отметить, что этот грунтовый могильник известен со второй половины 19 века. Ещё путешественники и исследователи имперского времени указывали на существование погребений древнего кладбища. Также в середине прошлого века в самой часовне было исследовано мужское погребение, т.е. существование нами исследуемого могильника было косвенно подтверждено предыдущими исследователями. Мы же выяснили, что он имеет огромную плотность, на месте нашего раскопа зафиксировано – более 200 погребений на площади менее 800 кв. м. Это довольно высокая плотность. Однако мы затронули лишь малую часть средневекового кладбища. Размеры могут быль очень впечатляющими. Их установление не входит в нашу задачу, к тому же это довольно сложно из-за количества оползней – делювиальных сходов, которые сходили с гор и перекрывали не только средневековый могильник, но и уже современное кладбище. В бортах раскопа мы прямо видим мощные пласты этих оползней.

А.А.: Как вы попали в выпуск местных новостей Осетии?[1] Насколько я поняла, появилась группа людей, которые были недовольны тем, что вы проводите раскопки.

К.К.: Как мы считаем, все произошло потому, что мало была заведомо освещена информация о проводимых нами работах. Никто не ожидал выявления могильника такой плотности, и сам факт наличия там множества погребений был под большим вопросом. Предполагалось, что там их может быть немного, или мы можем раскопать пустую территорию, как это часто бывает. И сама ситуация, которая произошла, мне кажется, обоснована политическими предпосылками. Есть некоторые группы людей, отвергающие христианство, которые считают, что археологические исследования могут быть поводом для фальсификации, для подлога, чтобы привлечь какую-то лишнюю информацию. Прозвучало  мнение, что археологи могут действовать по чьей-то указке и что-то там подкладывать, вывозить в неизвестном направлении кости, копать лишь там, где можно найти золото и т.п. Это глупость. К сожалению, в нашей ситуации она нашла благодатную почву среди простых осетин, которым предоставили исковерканную информацию и была значительно развита, в то время как в интернете звучали призывы к тому, что необходимо спасать кладбище предков, будто какие-то вандалы его рушат.

Работы проводятся чаще всего там, где памятник может пострадать при современном строительстве, либо он разрушается в силу природных факторов. Наши работы в первую очередь носят спасательный характер, то есть подразумевается, что памятник будет сохранен для потомков и прольет свет на ту ситуацию, которая запечатана в земле. Все это всегда дотошное и кропотливое исследование.

А.А.: Где конкретно проводятся раскопки? Я имею ввиду географическое положение. Оно было мало освещено в тех новостях, что мне удалось найти.

К.К.: Селение Нузал, Алагирский район. Селение находится в Алагирском ущелье, которое является связью Северного и Южного Кавказа. В древности там проходили торговые караваны, был также проложен путь, названный «Великим шелковым», вернее одно из его ответвлений. Об этом свидетельствуют, например, женские украшения, найденные в погребениях.

А.А.: На одном из двух сайтов в интернете с информацией о ваших раскопочных работах я нашла интересную мысль, которую произнес один из недовольных вашими раскопками: «Непонятно кому и зачем понадобилось тревожить наших предков 12-13 века. Там похоронены были бедные люди. “Золота скифов” и прочих ценностей, которыми можно поживиться, там нет»[2]. Как вы относитесь к таким людям, которые без знания дела, резко негативно высказываются по поводу вашей работы?

К.К.: Тут необходимо относиться в общем к ситуации, которая стала предпосылкой этого, то есть люди плохо образованны, мало читают, во всем видят плохое и не хотят разобраться. Простой крик в воздух о том, что все плохо, их привлечет больше, чем подробный рассказ о положительных вещах, о том, для чего это делается. Чаще всего природа человека такова, что он с легкостью верит в плохую информацию, и отвергает позитивную, видя в ней подвох. Если отвлечься от темы нашей беседы, можно вспомнить многочисленные и популярные телевизионные ток-шоу, где происходят всякие жестокости, гадости и мерзости. Это очень привлекает людей. А если как-то особенно относиться к тем, кто считает, что археологи копают только там, где «золото скифов»... Ну как, нельзя к ним как-то особенно относиться. Все люди разные. Забавно, что «такие люди» в своих высказываниях зачастую оперируют датами, как в озвученном вами высказывании, прозвучали «12-13 века». Откуда взялись эти даты и на что опираются? Они могли быть получены только из публикаций археологов прошлого столетия, и были применены к этому памятнику «возмущенными» не задумываясь, насколько такая хронология верна. Таким образом, для того чтобы мешать современным археологическим раскопкам, используется неверно интерпретированная и примененная информация из работ предыдущих археологов.

А.А.: Значит, Вы спокойно воспринимаете такую реакцию?

К.К.: Это обычная практика в любом регионе нашей страны, где проводятся исследования. Подходят люди, спрашивают, нашли ли золото, если нет, то предлагают искать в другом месте. Основная масса людей чаще не понимает, что археологические раскопки — это научное исследование, а не поиск золота. В данном случае было странным наблюдать как группа людей настойчиво мешает изучению прошлого их же народа. Возможно, у них были какие-то цели, которые мне не известны. Однако, таких людей там меньшинство. Эти раскопки в поселке Нузал организовали осетины – деятели различных учреждений нашей страны, ратующие за спасение памятника от разрушения, которому он подвергался в советский и постсоветский период – средневековые могилы рушились при постройке домов, подвалов, еще не так давно там находился хлев, где содержались животные. В границах нашего раскопа зафиксированы современные мусорные ямы и фундаменты. Профинансировало исследования Министерство культуры РФ. Необходимо отметить, что большая часть осетин были не против раскопок, многие приезжали и благодарили. Непосредственно жители Нузала и близ лежащих селений Алагирского района и многие другие помогали нам чем могли. За что мы им очень благодарны.

А.А.: Что ж, и, пожалуй, последний вопрос: как вы оцениваете значимость своей работы, археологии и истории?

К.К.: Конечно же, я высоко оцениваю их значимость. Сейчас важно знать историю. В наш век, который, казалось бы, просвещен, любую информация можно найти, существует очень много лживой информации, искаженной. Люди легче воспринимают простую и глупую информацию, имеющую негативный характер, нежели сложную, в которой надо разбираться. Они легко подвержены влиянию глупых призывов. К тому же и в наше время история искажается. Если почитать американские учебники истории – американцы выиграли Втору мировую войну, в английских учебниках – англичане и тд. Историю необходимо изучать. Показывать, как все это происходило. Археология – это та самая наука, которая этим занимается фактически.

Примечание:

1. Росси́йская акаде́мия нау́к (Федеральное государственное бюджетное учреждение «Российская академия наук»[1], сокр. РАН) — государственная академия наук Российской Федерации, крупнейший в стране центр фундаментальных исследований. Основной целью деятельности Российской академии наук является организация и проведение фундаментальных и прикладных научных исследований по проблемам естественных, технических, гуманитарных и общественных наук, направленных на получение новых знаний о законах развития природы, общества, человека и способствующих технологическому, экономическому, социальному и культурному развитию России.

Список используемых источников:

1. https://www/kavkazr/com/a/30888342.html

2. https://m.123ru.net/alagir/261753789/       

26.12.2020

-->